Политический протест в непротестных видах искусства

Рассказываем, как композиторы, художники и писатели становятся неравнодушными к репрессиям и политзаключённым.

В эпоху, когда с каждым годом количество «иноагентов» и «нежелательных» организаций растёт экспоненциально, а оппозиционеров всё чаще отодвигают на второй план, становится сложным безразлично относиться к политике – она начинает играть слишком большую роль в нашей жизни. Художники и композиторы тоже не остаются в стороне и вносят свой, особенный вклад в протест. Всё более актуальной становится дилемма хип-хоп исполнителя Oxxxymiron из трека «Башня из слоновой кости»: «Может ли творец жить в башне из слоновой кости? Вхожим быть во дворец, или яро против вельмож, или сохранять свой нейтралитет…».

В новом материале ART FLASH мы решили рассмотреть протестное искусство в привычном для зрителя воплощении: в музыке, литературе и живописи.

Протесты 31 января 2021 года. Москва, Пушкинская площадь. Фото автора.
Немного теории: Джин Шарп и 198 методов ненасильственного сопротивления

До того, как протестные лозунги начали использовать современные деятели искусства, протесты изучались на протяжении многих лет разными учёными, и, как оказалось, искусство тоже играет роль в успешности социальных движений. Наиболее известна теория ненасильственного сопротивления Джина Шарпа – политолога XX — начала XXI веков. Его идеи сыграли немалую роль во многих социальных движениях по всему миру, начиная с Мьянмы и Туниса и заканчивая Югославией и Грузией.

В 1973 году Шарп перечислил 198 методов ненасильственного сопротивления. Они весьма разнообразны: от официальных заявлений и групповых представлений до экономического бойкота и политического вмешательства. Среди них есть и формы протеста, связанные с искусством: карикатуры, символы, постеры, книги, демонстрации портретов, постановка пьес и музыки, и, наконец, живопись и рисование. Это неудивительно, ведь солидаризация играет главную роль в успешности протеста, а протестное искусство является для людей одним из символов объединения.

Протест в живописи: выставки, аукционы и их особенности

Одним из способов выражения протеста являются выставки. Иногда они проходят в музеях, как, например, выставка «Запретное искусство – 2006», проводившаяся в музее Сахарова*. Она подверглась резкой критике со стороны националистических и религиозных организаций, а на нескольких организаторов завели уголовные дела.

«Икона-икра» (Александр Косолапов, 2005). Показана на выставке «Запретное искусство» (2006). Источник фото: tsukanovartcollection.com

Поэтому очень часто в авторитарных странах музеи сохраняют политическую нейтральность, чтобы избежать цензуры со стороны государства. Иначе сотрудников может ждать увольнение и политическое преследование, а может быть, и вовсе закрытие учреждения культуры.

В связи с этим выставки меняют свою институциональную структуру и выходят за пределы музеев. Так, например, в 2012 году выставка в поддержку протестной панк-рок группы Pussy Riot прошла в автобусе, который проехал по Садовому кольцу, а OFF-Biennale в Будапеште проходит, помимо картинных галерей, в кофейнях, пустующих помещениях под магазины, частных апартаментах, индустриальных зданиях и других публичных пространствах. Несмотря на то, что в Венгрии галереи вполне могут позволить себе организацию такой биеннале, формат протестной выставки подразумевает в данном случае самостоятельный отказ от какого-либо взаимодействия с государством, в том числе с государственными музеями.

Run Free (Пётр Высоцкий, Доминик Яловинский, 2010). Была представлена на OFF-biennale в 2010 году. Источник фото: telepgaleria.com

В периоды протестов могут появляться и новые арт-пространства, как, например, Художественный Барбакан на украинском Евромайдане. Он стал одной из самых оживленных частей на площади, где проводились выставки, чтения, дискуссии и лекции. Среди выступающих были широко известные артисты и эксперты. Для этих активистов арт-пространство предоставляло не только возможность участвовать в протесте, но и возможность дать ему «голос». Как сказала киевская артистка Олекса Манн: «артист может давать идеи революции. Создавать идеи и формулировать толкования – это его задача. А затем транслировать эти идеи и толкования обществу». Это было важно, потому что в отличие от Оранжевой революции 2004 года, у которой была определённая цель – перевыборы в правительстве, цели Евромайдана в виде защиты человеческих прав и европейских ценностей, имели более фрагментарный и неоднозначный характер. Выставочные экспонаты стали инструментами, чтобы обобщить и подчеркнуть цели протестов.

Ещё один институт, сильно влияющий на протестное движение – аукционы. За последний год работы политического характера приобрели особую популярность на аукционных площадках и были проданы за большие суммы денег. При этом часть выручки была переведена правозащитным организациям, таким как «ОВД-инфо»** и «Апология протеста», а те, в свою очередь, помогали протестующим с адвокатской помощью.

13 июня в Петербурге прошла выставка-аукцион «20.2», названная в честь номера статьи КоАП РФ о митингах, позволяющей фабриковать массовые административные дела. В двери помещения ломилась полиция, но организаторам удалось завершить аукцион. Одной из картин, завоевавших особый успех у аудитории, стало произведение Насти Коп «По ком звонил колокол?».

«По ком звонил колокол?» (Настя Коп, 2021). Продана на выставке-аукционе «20.2». Источник фото: Instagram @veha.art

«Не спрашивай, по ком звонит колокол, он звонит по тебе. На моей картине зритель становится тайным участником картины, мы смотрим на ситуацию глазами соседа по лестничной клетке. Ещё вроде бы никого не посадили, но ситуация уже развивается в пределах клетки, хоть пока что только и лестничной. Какова вероятность, что следующий стук или звонок в дверь не будет обращён к тебе лично? Ведь когда добираются до твоего соседа, это как-то уже очень близко, не правда ли?»

Настя Коп, художница

Также достойна внимания картина Миши Маркера «Исповедь». Впервые она появилась на улице во время протестов летом 2019 года, а затем, уже в качестве холста, была продана на аукционе «20.2». «Награды за боевые заслуги бывают разной степени тяжести, но если вручают их по приказу и при параде, то носить приходится уже одному», – говорит автор.

«Исповедь» (Миша Маркер, 2019). Продана на выставке-аукционе «20.2». Источник фото: Instagram @veha.art

В августе 2020 года в Беларуси резко усилилась протестная волна. Результат вылился, в том числе, и в искусство. Современные картины и иллюстрации с символами белорусского сопротивления, на наш взгляд, достойны особого внимания:

Бело-красно-белый флаг стал символом новой Беларуси, которой стали добиваться больше миллиона людей. Через месяц после начала протестов аниматоры из 19 стран создали фильм, в котором каждый из них символично с помощью своего стиля искусства описал произвол власти и объединение народа – кто-то использовал пластилин, кто-то компьютерную графику, а кто-то – даже еду.

Протест в музыке: концерты-акции и музыка, посвящённая политзаключённым

Теме репрессий посвящены как музыкальные произведения, так и целые концерты. Так, 5 июля 2011 года в Страсбурге прошёл концерт, посвящённый Михаилу Ходорковскому, Платону Лебедеву и более чем 20 другим российским политзаключённым. Участвовали в нём многие известные исполнители классической музыки: Гидон Кремер, Евгений Кисин, Миша Майский и Марта Аргерих. «Это гуманная акция артистов в защиту личности. Причём в защиту не только одной личности, а в защиту свободы слова, свободы в России», – сказал один из исполнителей Гидон Кремер. Пианист Евгений Кисин объяснил своё участие просто: «От предложений поддержать своей музыкой несправедливо осуждённых и заключённых в тюрьмы в России не отказываются». Концерт прошёл при поддержке Amnesty International, Human Rights Watch, а также российской правозащитной организации «Мемориал»*.

Надпись «Свободу Политзаключённым» на концерте в Московской филармонии 31 января 2021 года. Источник фото: Facebook @lizamiller83

На концерте, помимо классических произведений, прозвучала новая симфония Арво Пярта Los Angeles, посвящённая Михаилу Ходорковскому. Заголовок симфонии – это игра слов. С одной стороны, он отсылает к оркестру-заказчику – Лос-Анджелесскому филармоническому оркестру, – а с другой, название переводится как «ангелы» – так автор намекает на то, что произведение основано на православном каноне ангелу-хранителю. Таким образом, Los Angeles – это симфония-молитва.

Сам автор описывает своё произведение так: «Моя Четвёртая симфония вдохновлена текстом канона ангелу-хранителю. Хотя слова канона и не звучат в оркестровом произведении, но тем не менее они легли в основу всей структуры моей симфонии. Таким музы­кальным способом мне хотелось протянуть руку узнику — Михаилу Ходорковскому. И в его лице — всем бесправным узникам в России. Мне хотелось послать им весточку мира душевного и бодрости духа, несмотря на все удручающие обстоятельства их заключения».

Ещё одним впечатляющим примером протестной музыки является сочинение Кирилла Рихтера, написанное специально для перформанса #сядьзатекст и исполненное вживую струнным оркестром. Идея перформанса заключалась в чтении текстов классиков и вынесении судьёй приговора известным писателям. По мере развития визуальной части спектакля – обыска и изъятия вещей у писателей – вариации основного музыкального мотива становятся всё более пропитаны диссонансами. Если в начале перформанса мелодия напоминала средневековые мотивы, то к концу она превращается в сложно воспринимаемую мрачную авангардную музыку.

Из музыки Кирилла Рихтера также выделяется «Русский Реквием», посвященный жертвам ГУЛАГа. Он был исполнен в горах Швейцарии на фестивале культуры Origen.

«Russian Requiem — очень личная история для моей семьи, и в то же время это общая история для миллионов семей. Сам феномен ГУЛАГа, всего, что произошло с людьми не только из России, но и из стран-соседей, по моему мнению, до сих пор не был до конца осознан и пережит. Есть еще многое, о чем нужно сказать, — это настоящая историческая травма. Я постоянно думаю об этом, почему — даже хотя это не коснулось нас напрямую — но почему тогда так остро это чувствуем мы, молодое поколение? В нас живет эта боль и горечь, как будто это передалось генетически, с родовой памятью. Этот Реквием, с одной стороны задает вопрос „за что?“, который звучит почти в каждой истории невинно осуждённых, с другой — это музыкально воздвигнутый монумент, цель которого хранить светлую и вечную память о тех, кого уже не вернуть», — рассказал Кирилл Рихтер. 

В России пока что ни разу не был исполнен Реквием, а его записи не существует, поэтому мы можем только послушать его фрагмент.

Протест в литературе: жизнь в спецприёмниках и колониях

Помимо таких примеров, как классические тексты из акции #сядьзатекст, среди современных книг также нередко встречаются произведения, посвящённые политзаключённым. Например, Кира Ярмыш, пресс-секретарь Алексея Навального, после отбывания ареста в спецприёмнике написала свой первый роман «Невероятные приключения в женской камере №3», который обернулся большим успехом.

Кира Ярмыш. Источник фото: Instagram @kira_yarmysh

Сюжет романа повествует о девушке по имени Аня, которая попала в спецприёмник после антикоррупционного митинга и, к своему удивлению, встретила там севших за самые ничтожные провинности сокамерниц. «Спецприёмник — особый мир, устроенный по жёстким правилам, но в этом душном, замкнутом мире вокруг Ани, вспоминающей в камере свою жизнь, вдруг начинают происходить необъяснимые вещи. Ей предстоит разобраться: это реальность или плод ее воображения?» – гласит аннотация к роману. По словам писателя Бориса Акунина: «меняются века, поколения, а в России всё выходят романы про тюрьму и суму, про свободу и несвободу, будто ста лет и не было. Вот опять “очень своевременная книга”. Только текст сильно живей, чем у Горького». Книгу также планировали презентовать на ярмарке Non/fiction – крупнейшем ежегодном событии для литературного мира в стране. Однако, увы, в последний момент организаторы по понятным причинам отказались это делать, что вызвало негативную реакцию у известных писателей и критиков.

Источник фото: ast.ru

Несколько дней назад вышло ещё одно литературное произведение о репрессиях. Автор – Анастасия Шевченко – первая гражданка России, в отношении которой было возбуждено уголовное дело об осуществлении деятельности организации, признанной на территории России нежелательной (ст. 284.1 УК). Автор книги признана политической заключённой и узницей совести, а также является лауреатом премии Бориса Немцова 2019 года. В своей книге Анастасия рассказала о том, как она, мать троих детей, стала угрозой конституционного строя Российской Федерации, потеряла старшую дочь и провела два года жизни под домашним арестом.

*По решению Минюста «Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова» (Сахаровский центр) и правозащитный центр «Мемориал» внесены в реестр организаций, выполняющих функцию «иностранного агента».

**По решению Минюста «ОВД-Инфо» внесён в реестр незарегистрированных общественных объединений, выполняющих функции «иностранного агента».

подписка на журнал
Подпишитесь на нашу бесплатную еженедельную рассылку, чтобы всегда оставаться в курсе новостей искусства и моды